Задание 25 №23385 — ЕГЭ по русскому языку

БАБКА ИГОЛКИНА

(1)Мальчишки её звали «бабка Иголкина». (2)А жильцы нашего дома, те, что постарше, — Олимпиада Ивановна. (3)Она жила тихо и замкнуто в маленькой комнате на пятом этаже. (4)Ни с кем не водила знакомства в доме и даже при встрече первой не здоровалась.

(5)Но и у неё была своя радость и утешение. (6)Собака. (7)Огромная, огненно-рыжая, пушистая, морда лисья. (8)Когда они вдвоём прогуливались, незнакомые люди останавливались. (9)Ещё бы! (10)Бабка Иголкина была суха, в чёрной древней пелерине, в шляпе твёрдой, чёрной, блестящей, словно черепичной, с зонтом в левой руке. (11)А правой держала на поводке собаку. (12)Собака ступала горделиво, играя всем телом, поминутно встряхивалась. (13)Мордой своей собачьей она вертела с чисто женским лукавством, словно говорила людям: «Я вот хоть и собака, а всё равно от меня глаз не отвести». (14)В пасмурные дни как будто и на улице светлей становилось — бродит этакое рыжее чудо.

(15)И вот эту самую собаку в метельную блокадную зиму, когда вся живность в городе была съедена, отняли у бабки Иголкиной. (16)Да как отняли! (17)Подошли к ней двое, поводок из рук вырвали, намордник собаке надели и уволокли в пургу. (18)Иди, кричи, плачь. (19)Кто услышит?

(20)Бабка Иголкина сразу сгорбилась, выходила из дому только хлеб купить по карточке. (21)Наверное, правду говорила дворничиха Пелагея, что у бабки, как собаку украли, «всё внутри оборвалось». (22)А потом ещё и такое стала рассказывать Пелагея. (23)Пришла она к бабке Иголкиной, звонила, звонила, та долго не отзывалась, потом на цепочку дверь приотворила, спрашивает:

— Чего тебе?

— (24)Счёт за квартплату принесла.

— (25)А я смерть жду, так что мне не надо за квартиру платить...

(26)С тем дворничиха и ушла.

(27)На Димку это произвело впечатление. (28)И на меня тоже. (29)Мы с ним всякое уже видели, но бабкины слова будоражили наши головы и пугали нас. (30)Ведь должно же быть человеку от чего-нибудь страшно...

(31)Однажды днём ко мне постучал Димка. (32)Он вошёл с ворохом тряпья, положил его на пол в кухне и стал разворачивать. (33)Из байковой тряпки вывалилась собачонка, маленькая, только что глаза от рождения распахнувшая...

— (34)У военных выпросил... (35)Бабке отдам...

(36)Через несколько дней Пелагея разносила по дому новую весть:

— Бабка-то, бабка пришла в жакт за квартиру платить. (37)А в руках у неё вроде как ребёночек. (38)Заглянула я, а там собачонка, плюгавенькая... (39)И, прости ты господи, в такое-то время такие увлечения...

(40)Мы с Димкой слушали, и нам было приятно, особенно Димке. (41)Ведь это он смерть от бабки Иголкиной прогнал. (42)Самую настоящую смерть.

(43)А дворничиха Пелагея не права была — разве можно за человека говорить, что ему нужнее...

(По О.Н. Шестинскому*)

* Олег Николаевич Шестинский (1929–2009) — советский и российский поэт, писатель, переводчик, публицист.
Фрагмент взят из книги «Блокадные новеллы».