Задание 27 №23009 — ЕГЭ по русскому языку

ПОЭТЫ И ОГОНЬ

(1)В кочегарке я оказался сразу после десятого класса. (2)Для никуда не поступивших школьников в райцентре было две дороги: в чернорабочие или в грузчики. (3)Моя мать умолила отца найти мне тёплое местечко. (4)И отец нашёл — истопником в кочегарке дома культуры.

(5)При кочегарке состояло ещё три человека. (6)Горбатый Садовский в фуфайке с оторванным хлястиком, которого интересовали только куры и коровы. (7)Второго кочегара звали Чикилда, он являлся вездесущим духом дома культуры. (8)Третьим был поэт Александр Блок. (9)Толстый синий том с его портретом и стихами я нашёл в бытовке под старым грязным диваном, блестевшим так, будто его, как бутерброд, намазывали машинным маслом.

(10)Каким образом Блок оказался в кочегарке, оставалось загадкой, так как никого он здесь не интересовал, кроме меня.

(11)Одного взгляда на его портрет было достаточно, чтобы понять, каким должен быть настоящий поэт. (12)Кудрявый, в чёрном обтягивающем свитере и белой рубашке с мягким отложным воротником, он скрещивал руки на груди, как капитан Немо, и смотрел так снисходительно-высокомерно, что хотелось провалиться сквозь продавленный диван. (13)Никаких витиеватых кудрей у меня не было. (14)Траурно-мрачный свитер и рубашка с распластанным белым воротником тоже отсутствовали. (15)Руки, конечно, я мог скрестить, но только в промежутках между киданием угля в топку и выгребанием вонючего шлака из-под колосников. (16)И уж совсем невозможно было надменно и свысока взирать на мир из-под земли, где числишься даже не кочегаром, а истопником!

(17)Я входил в подвал, а не в храмы, совершал приёмки обряд и не ждал никакой Прекрасной Дамы. (18)Меня дожидался горбатый Садовский и Чикилда, горестно деливших новостями дома культуры.

...(19)Ударили сильные морозы. (20)Поздним вечером, когда я сидел с Блоком, хотя давно уже следовало отправиться с ломом и киркой на мороз, в коридоре послышались чьи-то неуверенные осторожные шажки. (21)И вдруг в комнату вошла моя мать. (22)Она поразила меня сильнее любого привидения. (23)Мать так по-детски боялась темноты, что в сумерках избегала выходить из дома в одиночку. (24)Но, догадавшись о смёрзшемся возле кочегарки угле, она одна отважно выскользнула на полуночную улицу и добежала до дома культуры.

(25)Посиневшие звёзды жались от холода к земле. (26)На матери был светло-кремовый берет, красный шарфик и скромное, но очень шедшее ей тёмное демисезонное пальто. (27)Праздничные ботики с меховой опушкой завершали наряд. (28)Уверен, она оделась так, чтобы никто не заподозрил, что она идёт в кочегарку помогать взрослому сыну. (29)Украдкой глядя, как она, темноглазая, с тонким светлым лицом и выбившейся из-под берета пепельно-алмазной от изморози прядью сталкивает лопатой раскрошившийся уголь в люк, я вдруг увидел, какая она красивая. (30)Тысячи раз видел её и ни разу не подумал, что она красивая. (31)Вернувшись после смены домой, я хотел ещё раз сказать ей спасибо. (32)Но не привыкшая к благодарностям мать сделала удивлённые глаза: «Куда бы я пошла на ночь глядя? (33)Тебе приснилось, наверно!»

(34)Не знаю, чем бы это кончилось. (35)Но пришла весна — не стоит говорить, что она была без конца и без края! — отопительный сезон кончился, и меня уволили из дома культуры.

(36)Много лет я не читал Александра Блока. (37)Это было ни к чему, я знал его наизусть. (38)К тому же, стоило открыть любое его стихотворение, я сразу переносился в унылый подвал под районным домом культуры. (39)Как бы то ни было, он стал под землёй моим вожатым, заслонял меня картонной грудью от опасности, помог встретить Прекрасную Даму и ясно показал, что место поэта не на полке в библиотеке, не на постаменте с голубем, а там, откуда зимой и летом, ночью и днём непрерывно идёт незримое тепло, согревающее и музыку, и стихи, и всё остальное.

(По В.С. Казакевичу*)

* Вячеслав Степанович Казакевич (род. в 1951 г.) — русский российский писатель и поэт, член Союза писателей, лауреат премии имени М. Горького за лучшую первую книгу, автор стихотворений и рассказов, посвящённых вопросам становления личности.